Народная мудрость гласит, что сор из избы выносить не принято. Однако когда скелеты в невероятном количестве накапливаются в шкафах высокопоставленных чиновников, подробности их личной жизни мигом становятся достоянием общественности.

Выяснилось, что примерный семьянин, Лаврентий Берия состоявший в браке с Ниной Теймуразовной более тридцати лет, оказался отнюдь не идеальным мужем. Впрочем, его супруга в это верить отказывалась до самой своей смерти в 1991 году.

Судьба Нины

Нина — она же Нино — Гегечкори познакомилась с Лаврентием Берией, когда ей было всего 16 лет. Тогда же она и получила от него предложение руки и сердца. Правда, романтики в этом было не слишком много: по признанию самой Нины, Лаврентию представился шанс поехать в Бельгию для изучения вопросов переработки нефти, однако для этого необходимо было стать женатым человеком.

«Никому не сказав ни слова, я вышла замуж за Лаврентия. И сразу же после этого по городу поползли слухи, будто Лаврентий похитил меня. Нет, ничего подобного не было. Я вышла за него по собственному желанию», — рассказывала вдова Берии в 1990 году.

Когда же ее супруг приблизился к верхним ступеням карьерной лестницы, Нине удалось избежать страшной участи, постигшей жен Калинина, Молотова, Буденного и других партийных деятелей — в те годы, когда Берия был в фаворе, репрессий ей удалось избежать.

Однако сразу после ареста Берии подобная судьба постигла и Нину, и их сына Серго. По словам женщины, ее, находящуюся в застенках Бутырки, ежедневно вызывали на допрос и призывали дать показания против собственного мужа.

Сложно сказать, действительно ли она не знала о преступлениях супруга или просто делала вид, но свидетельствовать против Берии все же отказалась.

Об одном из обвинений, предъявленных ей в результате этой эпопеи, Нина рассказывала так:

«Абсолютно серьезно меня обвинили в том, что из Нечерноземной зоны России я привезла одно ведро краснозема. Дело в том, что я работала в сельскохозяйственной академии и занималась исследованием почв. Действительно, когда-то по моей просьбе на самолете привезли ведро красного грунта. Но так как самолет был государственным, то получалось, что я использовала государственный транспорт для личных целей».

Впрочем, советская власть обошлась с женой «врага народа» не слишком уж строго: Нина была выслана в Свердловск, а затем и вовсе получила разрешение проживать в любом городе, кроме Москвы.

До последних дней она оправдывала деятельность мужа и отказывалась признавать его вину не только в преступлениях, но и в многочисленных изменах.

«Лаврентий день и ночь проводил на работе. Когда же он целый легион женщин успел превратить в своих любовниц?» — так реагировала Нина на рассказы о женщинах Берии. Однако была у этой истории и другая сторона.

Школьница Ляля

Валентину Дроздову называли второй — правда, неофициальной — женой Берии. Когда состоялось их знакомство, Ляля, как именовали ее близкие, еще училась в школе. Ей, как и Нине когда-то, в момент их встречи было всего 16 лет. Однако сам Берия был уже далеко не так молод, как в первом случае.

Достоверная информация о Ляле и характере ее взаимоотношений с Берией до сих пор покрыта мраком. Показания девушки и протокол допроса самого Берии едва ли можно считать окончательно и бесповоротно правдивыми — все знают, с какой легкостью в СССР фальсифицировались подобные документы.

Однако господствует мнение, что дело обстояло приблизительно так: Берия действительно сожительствовал с Валентиной, и, как показывают некоторые свидетели, буквально жил на две семьи.

С детьми, родившимися в результате этого союза, тоже не все просто и понятно. К примеру, мать Валентины рассказала следствию, что ее дочь забеременела от Берии, но согласилась на аборт, произведенный врачами Кремлевской больницы.

Встречались и другие показания, согласно которым Ляля все же родила от Берии дочь. Впрочем, эти сведения трудно назвать противоречивыми: вполне могло произойти сначала одно, а затем другое.

Сама же Валентина, узнав об аресте Берии, сообщила, что Лаврентий изнасиловал ее, лишил простых радостей советского детства.

«Берия схватил меня, несмотря на то что в комнате был Саркисов, и потащил меня в спальню. Несмотря на мои крики и сопротивление, Берия изнасиловал меня. На мои крики в спальню к нему никто не пришел.

Потом меня не выпускали из дома три дня. У меня было очень тяжелое состояние, и я все время плакала», — так были записаны ее показания.

Берия же в ответ на это говорил: «С Дроздовой у меня были самые лучшие отношения. В момент, когда ее доставили ко мне первый раз, — я не могу утверждать, достигла ли она совершеннолетия или нет, но мне было известно, что она была ученица 7 класса, но она имела пропуск по учебе один или два года».

В последующие годы у Ляли было как минимум два романа, однако над ней будто бы нависло некое «расстрельное проклятие»: ее любовника Яна Рокотова расстреляли в 1961 году по обвинению в валютных спекуляциях, а мужа Илью Гальперина приговорили к высшей мере наказания в 1967-м.